Введение

Настоящая статья продолжает серию работ, характеризующую популяционно-генетические параметры трех субэтнических подгрупп татар-мишарей, тептярей и казанских татар. Популяционно-генетическая характеристика мишарей приведена ранее [2]. Исследование выполнено в рамках плановых работ лаборатории генетической эпидемиологии ФГБУ «МГНЦ» РАМН по медико-популяционно-генетическому изучению населения республики Татарстан, проводимого с 2009 года. Для определения уровня подразделенности внутри субэтнической группы рассматривались популяции ранга «сельсовет».

Материалы и методы

Тептяри, как сословная группа, стали формироваться из переселенцев Среднего Поволжья преимущественно на северо-западе Приуралья со второй половины XVI века. Они расселялись в Оренбургской, Уфимской, Вятской и Пермской губерниях. Тептяри оседали на землях местных вотчинников (татар, башкир, ногайцев) в качестве припущенников и выплачивали им оброк за пользование угодьями. Среди припущенников был беглый из разных уездов люд — татары, черемисы, вотяки, мордва, чуваши. Первоначально все эти этнические группы рассматривались русской администрацией как одно сословное образование — тептяри. Иногда применялся и парный термин — «тептяри и бобыли» [12].

Татарский этнограф Г. Ахмеров — автор одной из первых научных работ, посвященных тептярям, написанной в 1908 году, приводит такое описание: «Тептяри делятся по национальностям на тептярей-татар, тептярей-черемис и тептярей-вотяков. Прочих инородцев, а также и русских, в числе тептярей не находится…

Тептяри делятся также и по вероисповеданиям — на мусульман и не мусульман. К первой группе относятся тептяри-татары, ко второй — язычники черемисы и вотяки.

Вся масса тептярей-мусульман говорит татарским языком, близким к наречию казанских татар. По языку, наружности и обычаям они составляют тюркский элемент и ничем не отличаются от казанских татар. Внешний быт тептярей (постройки, костюм, утварь, пища и др.) тоже татарский…сами тептяри называют себя или новыми башкирами, или же просто татарами…» [13].

В советское время вопрос изучался многими этнографами и историками. Среди современных авторов можно упомянуть А. З. Асфандиярова, Д. М. Исхакова, Р. И. Якупова. В настоящее время единого подхода так и не выработано, но преобладающей в литературе и наиболее обоснованной является точка зрения о смешанном составе тептяро-бобыльской группы. Среди этнических компонентов тептярей и бобылей сторонники указанной точки зрения чаще всего отмечают татар, чувашей и башкир (тюркоязычная группа), а также марийцев, удмуртов и мордву (финно-язычная группа). Внутреннее единство группы тептярей позволяет видеть в ней не только «особый разряд крестьян без различия национальностей», как думали некоторые исследователи, но и особую группу этнического характера (со своим субэтнонимом и групповым самосознанием), сложившуюся к концу XVIII в. в результате смешения разных, преимущественно тюркоязычных, этнических компонентов [13].

Исследование проведено в трех районах Татарстана — Мензелинском, Муслюмовском и Актанышском, расположенные в восточной части Татарстана и исторически населенные татарами-тептярями. В таблице 1 приводится численность населения, национальный состав изученных районов [14] и характеристика использованного материала.

Таблица 1 — Численность населения, национальный состав населения изученных районов и характеристика использованного материала

 

Арский район

Атнинский район

Кукморский район

Балтасинский район

Численность населения (тыс.)

51,6

14,4

52,1

34,3

Татары (%)

92,5

95,1

76,9

84,3

Русские (%)

6,4

4,0

6,3

1,2

Марийцы (%)

0,5

 

1,9

0,8

Удмурты (%)

 

 

14,5

12,5

Число фамилий

2332

761

2576

1432

Численность взрослого населения

37922

11100

39840

25293

Число ЧФ/ОЧФ

233/7

209/15

249/3

253/10

Доля населения с ЧФ (%)

70,2

83,5

64,9

73,9

Число брачных записей

3478

983

3784

2331

Число анкет

167

273

308

-

Примечание. ЧФ — частые фамилии, частота выше 0,1 %, ОЧФ — очень частые фамилии, частота выше 1 %.

Материалом для исследования послужили списки избирателей, из которых получены данные о частотах распределения фамилий, брачные записи, скопированные тотально из отделов ЗАГСов за 1990—2000 г.г., демографические анкеты, полученные в ходе опроса женщин пострепродуктивного возраста, проведенного по нашей просьбе работниками местного здравоохранения. Сбор материала и все расчеты выполнены стандартными методами [1, 4—6, 8—11]. Гаметный индекс рассчитан только для пар «мать-ребенок».

Результаты исследований и обсуждение

Анализ распределения фамилий и фамильный ландшафт

Показав допустимость использования татарских фамилий в качестве популяционно-генетического маркёра [3], мы получили возможность оценки случайного инбридинга Райта, параметров Барраи и анализа популяционной структуры через составление схем фамильных ландшафтов.

Наиболее распространенными фамилиями в Мензелинском районе являются Галиев (частота 0,85 %), Шакиров (0,73 %), Закиров (0,72 %), Нуриев (0,64 %), Гараев (0,60 %), в Актанышском — Галиев (1,41 %), Исламов (1,29 %), Валиев (1,07 %), Гараев (1,02 %), Султанов (0,97 %), в Муслюмовском — Хафизов (1,52 %), Валиев (1,34 %), Галиев (1,23 %), Султанов (1,07 %), Закиров (0,92 %). Показатель разнообразия фамилий α составляет в этих районах 606, 310 и 341, соответственно. В сельсоветах этот показатель варьирует от 40 до 175, от 68 до 168, от 41 до 168, соответственно, в райцентрах — 615 (Мензелинск), 290 (Актаныш), 293 (Муслюмово).

Схема фамильного ландшафта для трех районов представлена на рисунке 1.

Рисунок 1 — Схема фамильного ландшафта для трех районов

Первый уровень кластеризации 0,45, он объединяет райцентры Актаныш и Муслюмово, на уровне 0,55 к ним присоединяется Мензелинск и ряд сельсоветов, образуя центральный кластер, вокруг которого затем объединяются все сельсоветы. Данная схема показывает, что районы представляют собой единое целое, подтверждая нашу гипотезу о том, что в Татарстане элементарной популяцией является субэтническая группа. В то же время, форма эквидистантных фигур, несмотря на концентричность, является достаточно извилистой. Прослеживается ориентация кластеров вдоль путей сообщения. Особого внимания заслуживают кластеры «Атрякле-Айманово-Аккузово-Тат. Суксы-Тлякеево-Усы» (уровень 0,75) и «Николаевка-Нов. Мазино-Шуганка-Ст. Мазино-Юшады» (уровень 0,90), являющиеся также межрайонными, но расположенными обособлено. Мы связываем такое их расположение с полиэтническим составом районов при преобладании титульной нации — татар. Таким образом, нами получено еще одно свидетельство в пользу того, что размером элементарной популяции в Татарстане является группа соседних районов, населенная одной субэтнической подгруппой.

Оценка инбридинга

Значения случайного инбридинга Райта и локального инбридинга Малеко в сельсоветах трех районов представлены в таблицах 2—4.

Таблица 2 — Значения локального инбридинга Малеко, а и случайного инбридинга Райта Fst в сельсоветах Муслюмовского района

Муслюмовский р-н

а

Fst

1. ПГТ Муслюмово

0,00078

0,00090

2. Амикеевское с/п

0,01548

0,00318

3. Баланнинское с/п

0,00718

0,00268

4. Баюковское с/п

0,01214

0,00270

5. Большечечмакское с/п

0,00945

0,00375

6. Варяш-Башское с/п

0,00739

0,00430

7. Исансуповское с/п

0,00595

0,00176

8. Кряш-Шуранское с/п

0,01091

0,00340

9. Мелля-Тамакское с/п

0,00635

0,00224

10. Митряевское с/п

0,00628

0,00204

11. Михайловское с/п

***

0,00224

12. Нижнетабынское с/п

0,00511

0,00211

13. Новоусинское с/п

0,01280

0,00651

14. Октябрьское с/п

0,00909

0,00336

15. Семяковское с/п

0,00771

0,00248

16. Старокарамалинское с/п

0,00589

0,00271

17. Тойгильдинское с/п

0,00583

0,00232

18. Уразметьевское с/п

0,00970

0,00322

19. Шуганское с/п

0,00984

0,00630

Среднее значение для сельского населения

0,00794

0,00295

Примечание. *** — означают невозможность расчетов из-за недостаточного количества зарегистрированных браков.

Таблица 3 — Значения локального инбридинга Малеко, а и случайного инбридинга Райта Fst в сельсоветах Мензелинского района

Мензелинский район

а

Fst

1. Город Мензелинск

0,00043

0,00043

2. Аюское с/п

0,01116

0,00395

3. Атряклинское с/п

0,00419

0,00214

4. Бикбуловское с/п

0,00815

0,00309

5. В-Такерменское с/п

0,00775

0,00295

6. Новомазинское с/п

0,02119

0,00697

7. Иркеняшское с/п

0,01056

0,00333

8. Кадряковское с/п

0,00928

0,00337

9. Кузембетьевское с/п

0,00540

0,00223

10. Коноваловское с/п

0,00723

0,00172

11. Наратлы-Кичукское с/п

0,01665

0,00425

12.Нов. Мелькенское с/п

0,01135

0,00283

13. Николаевское с/п

0,01306

0,00380

14. Подгорно-Байларское с/п

0,00959

0,00333

15. Воровское с/п

0,01325

0,00263

16. Староматвеевское с/п

0,00739

0,00251

17. Старомазинское с/п

0,01111

0,00630

18. Урусовское с/п

0,00912

0,00239

19. Юшадинское с/п

***

0,00650

20. Юртовское с/п

***

0,00249

Среднее значение для сельского населения

0,00933

0,00313

Примечание. *** — означают невозможность расчетов из-за недостаточного количества зарегистрированных браков.

Таблица 4 — Значения локального инбридинга Малеко, а и случайного инбридинга Райта Fst в сельсоветах Актанышского района

Актанышский район

а

Fst

1. Аишевское с/п

***

0,00432

2. Аймановское с/п

0,01146

0,00301

3. Аккузовское с/п

0,01051

0,00409

4. Актанышбашское с/п

0,01693

0,00212

5. Актанышское с/п

0,00085

0,00090

6. Атясевское с/п

0,00649

0,00246

7. Верхне-Яхшеевское с/п

0,01229

нет данных

8. Казкеевское с/п

0,00898

0,00330

9. Кировское с/п

0,00400

0,00175

10. Кузякинское с/п

0,00780

0,00262

11. Масадинское с/п

***

0,00315

12. Ново-Алимовское с/п

0,00555

0,00230

13. Ново-Курмашевское с/п

***

0,00446

14. Поисевское с/п

0,00400

0,00152

15. Сафаровское с/п

0,00541

0,00198

16. Ст. Байсаровское с.п.

0,00747

0,00201

17. Ст. Бугадинское с/п

0,00529

0,00214

18. Ст. Курмашевское с/п

0,00659

0,00272

19. Такталачукское с/п

0,00592

0,00212

20. Тат. Суксинское с/п

0,00488

0,00233

21. Тат. Ямалинское с/п

0,00539

0,00248

22. Тлякеевское с/п

0,00885

0,00301

23. Тюковское с/п

0,01168

0,00257

24. Уразаевское с/п

0,00553

0,00231

25. Усинское с/п

***

0,00381

26. Чалманаратское с/п

0,01156

0,00305

27. Чишминское с/п

0,01274

0,00369

28. Чуракаевское с/п

0,01008

0,00286

Среднее значение для сельского населения

0,00726

0,00253

Примечание. *** — означают невозможность расчетов из-за недостаточного количества зарегистрированных браков.

Коэффициент линейной корреляции оценок инбридинга, полученный различными способами через различные источники информации (случайный инбридинг — на основании частот распределения фамилий, локальный инбридинг — на основании длин брачных миграций), составил r=0,61±0,20 (Муслюмовский р-н), r=0,81±0,15 (Мензелинский район), r=0,63±0,17 (Актанышский район), ранговая корреляция Спирмана несколько выше: 0,74, 0,79, 0,71, соответственно, что однозначно свидетельствует о корректности проведенных исследований.

Отметим, что значения случайного и локального инбридинга в райцентрах практически совпадают, а средние значения локального и случайного инбридинга сельского населения различаются почти в 3 раза, и причины этого нами пока не установлены.

Эндогамия и гаметный индекс

Индекс эндогамии для сельского татарского населения значительно варьирует в 3-х районах: 0,80 (Актанышский), 0,65 (Муслюмовский), 0,52 (Мензелинский), для татарского населения райцентров — практически одинаков: 0,13, 0,13, 0,14, соответственно. Оценив примерно долю местного населения как корень из индекса эндогамии, получаем, что в Актанышском районе это 89 %, 81 % — в Муслюмовском, 72 % — в Мензелинском. Соответственно, в райцентрах коренных жителей лишь чуть больше трети, хотя справедливости ради надо отметить, что значительная доля мигрантов является уроженцами своего района. Для русских Мензелинского района индекс эндогамии (0,52) совпадает с таковым для татар, в Мензелинске — вдвое выше (0,33). Таким образом, миграционная активность сельского населения не является этнически приуроченной.

Гаметный индекс, как и индекс эндогамии, является с одной стороны характеристикой миграционной активности населения, с другой отражает степень изолированности популяции. Демографическая анкета содержит паспортную часть, где указано место рождения женщины и ее место жительства. Предположив, что все дети женщины рождены по месту ее жительства, и учтя количество этих детей, мы сможем оценить гаметный индекс для пар «мать-ребенок». Результаты представлены в таблице 5.

Таблица 5 — Число анкет, число выживших детей и гаметный индекс для пар «мать-ребенок» в татарском населении

Район/райцентр

Число анкет

Число детей

Гаметный индекс

Актанышский

245

650

0,87

Муслюмовский

46

119

0,92

Мензелинский

254

667

0,82

п. Актаныш

60

126

0,14

п. Муслюмово

95

197

0,10

г. Мензелинск

29

67

0,30

Гаметный индекс сельского населения очень высок, населения райцентров — заметно ниже. Отметим, что в населении райцентров гаметный индекс для татар наиболее высок в Мезелинске (0,30), при этом для русского населения Мензелинска он составляет 0,51, для русского населения Мензелинского района — 0,74.

Этническая ассортативность

Для человеческих сообществ характерна брачная ассортативность по различным параметрам — возрасту супругов, уровню образования, благосостояния, месту проживания, социальной иерархии и пр., но особую генетическую значимость имеет брачная ассортативность по признаку «национальность». До революции 1917 г. высокая степень этноконфессиональной эндогамии в Российской империи была обусловлена брачным законодательством [7]. В таблице 6 представлено наблюдаемое и ожидаемое число моноэтнических браков и этническая ассортативность.

Таблица 6 — Наблюдаемое и ожидаемое число татарских моноэтнических и межэтнических браков, их доля и этническая ассортативность Н

Район

Моноэтнические браки

Межэтнические браки

набл.

ожид.

Нт

набл.

ожид.

Доля (%)

Муслюмовский

1416

1318,6

1,07

58

222,0

3,49

Актанышский

2009

2021,2

0,99

30

25,2

1,38

Мензелинский

1002

717,2

1,40

311

836,0

15,8

Под положительной этнической брачной ассортативностью понимается предпочтение вступления в брак с представителем своего этноса. Количественной мерой подразделенности популяций по национальному признаку является коэффициент этнической брачной ассортативности Н, который определяется как отношение наблюдаемой доли однонациональных браков к ожидаемой доле таких браков в предположении о панмиксии. Если Н=1, то популяция панмиксна, если Н<1, то в популяции наблюдается отрицательная ассортативность по этническому признаку, при Н>1 ассортативность положительна [1]. В случае моноэтнической популяции Н=1.

В таблице 6 также представлено наблюдаемое и ожидаемое число межэтнических русско-татарских браков. Как видно из табл. 6, в моноэтническом Актанышском районе с единичной этнической ассортативностью наблюдаемые и ожидаемые значения моно- и межэтнических браков совпадают, в Мензелинском районе с полиэтническим составом населения эти значения существенно различаются, т. е. популяция татар-тептярей не панмиксна по этническому признаку.

Интенсивность метисации сельского населений крайне низка — доля межэтнических браков татар с представителями других этносов 3,49 и 1,39 в Муслюмовском и Актанышском районах. В Мензелинском она гораздо выше — почти 16 %, что объясняется стиранием межэтнических различий в городском населении Мензелинска.

Витальные статистики и индекс Кроу

В таблице 7 представлены витальные статистики для татарского населения районов и райцентров.

Таблица 7 — Репродуктивная характеристика татар-тептярей

Показатель

Актанышский район

Муслюмовский район

Мензелинский район

Актаныш

Муслюмово

Мензелинск

Общее число анкет

245

46

264

60

95

30

Среднее число беременностей

5,39±0,20

6,67±0,74

5,19±0,22

4,03±0,36

4,34±0,23

4,97±0,60

Среднее число живорождений

2,71±0,07

2,67±0,16

2,68±0,08

2,12±0,10

2,17±0,07

2,43±0,14

Среднее число мед. абортов

2,48±0,17

2,69±0,70

2,34±0,19

1,70±0,29

1,93±0,20

2,15±0,34

Среднее число выкидышей

0,16±0,03

0,22±0,10

0,15±0,03

0,20±0,08

0,20±0,04

0,17±0,13

Среднее число мертворождений

0,08±0,02

0,09±0,09

0,04±0,01

0,03±0,02

0,04±0,02

0,03±0,03

Среднее число доживших до репродукции

2,65±0,07

2,59±0,17

2,62±0,08

2,10±0,09

2,07±0,07

2,33±0,14

Среднее число умерших детей

0,06±0,02

0,09±0,04

0,06±0,02

0,02±0,02

0,09±0,03

0,10±0,05

Достоверных различий по основным параметрам репродукции между районами не наблюдается, как и между райцентрами. Можно отметить расширенный характер воспроизводства в сельском населении (среднее число доживших до репродукции составляет 2,63±0,05), хотя это значение лишь незначительно превышает 2,15 — простое воспроизводство. Однако, если мы распределим всех сельских тептярей (555 анкет) по возрастам (до 1940 года рождения, 1940—1949 г.г. рождения, 1950—1959 г.г. рождения, 1960 и позже), то обнаружим равномерное снижение эффективной плодовитости: 3,63, 2,97, 2,42, 2,32, соответственно. В населении райцентров с трудом обеспечивается простое воспроизводство.

Таблица 8 — Индекс Кроу для татар-тептярей

Район

Im

If

Itot

Муслюмовский р-н

0,033

0,196

0,238

Актанышский р-н

0,015

0,181

0,199

Мензелинский р-н

0,022

0,219

0,247

Муслюмово

0,05

0,12

0,18

Актаныш

0,01

0,12

0,13

Мензелинск

0,04

0,11

0,16

Индекс Кроу представлен в табл. 8. Суммарно для сельских тептярей

Im =0,023, If =0,184, Itot =0,212, что говорит о низком влиянии естественного отбора, характерном в современных популяциях человека. При расположении изученных районов в ортогональных оcях «fertility-mortality» обнаруживаем, что три подгруппы татар образуют свои кластеры (рисунок 2).

Рисунок 2 — Расположение исследованных районах в осях Im, If

Таким образом, при анализе популяционно-генетических параметров татар-тептярей обнаружен расширенный характер воспроизводства при постоянном снижении эффективной плодовитости, отсутствие подразделенности внутри субэтнической группы, низкий уровень метисации сельского населения, высокая доля местного населения, оцененная через эндогамность и гаметный индекс, незначительное влияние естественного отбора.

Работа выполнена при частичном финансировании РФФИ (12-04-00122, 14-04-00525, 14-04-10075).

Литература

  1. Бочков Н. П., Николаева И. В., Тихопой М. В. Брачная ассортативность в населении современного города // Генетика. — 1984. Т. 20. — № 7. — С. 1224—1229.
  2. Ельчинова Г. И., Васильева Т. А., Эльканова Л. А., Зинченко Р. А. Татары-мишари: популяционно-генетическая характеристика //  Живые и биокосные системы. — 2013. — № 3; URL: http://jbks.ru/archive/issue-3/article-19
  3. Ельчинова Г. И., Зинченко Р. А. Допустимость использования татарских фамилий в качестве квазигенетического маркера в популяционно-генетических исследованиях // Вестник Московского Университета. Серия XXIII. Антропология. — 2010. — № 2. — С. 55—61
  4. Ельчинова Г.  И. Методы обработки популяционно-генетических данных: структура брачных миграций // Медицинская генетика. — 2004. — т.3, № 4. — С. 185—192
  5. Ельчинова Г. И., Кривенцова Н. В. Методы обработки популяционно-генетических данных: списки избирателей. // Медицинская генетика, 2004. — т. 3. — № 5. — С. 220—225
  6. Ельчинова Г. И., Зинченко Р. А., Осипова Е. В. Методы обработки популяционно-генетических данных: демографические анкеты // Медицинская генетика. — 2004. — т. 3. — № 7. С. 313—320
  7. Курбатова О. Л., Победоносцева Е. Ю. Городские популяции: возможности генетической демографии (миграция, подразделенность, аутбридинг) // Вестник ВОГиС. 2006. Т.10. № 1. С. 155—188
  8. Наследственные болезни в популяциях человека // Под ред. Е. К. Гинтера. М.: Медицина. — 2002 — 303 с.
  9. Сavalli-Sforza L. L., Bodmer W. F. The Genetics of Human populations // San Francisco: Ed. W. H. Freeman and Company. — 1971. — 965 p.
  10. Сrow J. F. Some possibilities for measuring selection intensities in man // Human Biology. — 1958. —  v. 30. — P. 1—13
  11. Morton N. E. Isolation by distance in human populations // Ann. Hum. Genet. — 1977. — 40. — Р. 361—36
  12. http://tatar-history.narod.ru/ural_tatar.htm (27
  13. http://ru.wikipedia.org/wiki/%D2%E5%EF%F2%FF%F0%E8 (27 февраля 2013 г.)
  14. http://www.valerytishkov.ru/cntnt/publikacii3/kollektivn/na_puti_k_/respublika8.html (26. 01. 2010)

Literature

  1. Bochkov N. P., Nikolaeva I. V., Tihopoj M. V. Brachnaia assortativnost' v naselenii sovremennogo goroda // Genetika — 1984. t. 20. — № 7. — s. 1224—1229.
  2. El’chinova G. I., Vasil’eva T. A., El’kanova L. A., Zinchenko R. A. Таtаry-mishаri: pоpuliatsiоnnо-gеnеtichеskаia hаrаktеristikа // Jivyе i biоkоsnyе sistеmy. — 2013. — № 3; URL: http://jbks.ru/archive/issue-3/article-19
  3. El’chinova G. I., Zinchenko R. A. Dopusrtimost' ispol’zovania tatarskih famalii v kachestve kvazigeneticheskogo markera v populationno-geneticheskih issledovaniah // Vestnik Moskovskogo Universiteta. Seria XXIII. Antropologia. — 2010. — № 2. — s. 55—61
  4. El’chinova G. I. Metody obrabotki populationno-geneticheskih dannyh: struktura brachnyh migratsij // Meditsinskaia genetika. — 2004. — t.3, № 4. — s. 185—192
  5. El’chinova G. I., Kriventsova N. V. Metody obrabotki populationno-geneticheskih dannyh: spiski izbiratelei // Meditsinskaia genetika. — 2004. — t.3, № 5. — s. 220—225
  6. El’chinova G. I., Zinchenko R. A., Osipova E. V. Metody obrabotki populationno-geneticheskih dannyh: demograficheskie ankety // Meditsinskaia genetika. — 2004. — t.3, № 7. — s. 313—320
  7. Kurbatova O. L., Pobedonostseva E. Yu. Gorodskie populiatsii: vozmozhnosti geneticheskoi demografii (migratsia, podrazdelennost', autbriding) // Vestnik VOGIS. 2006. t. 10. № 1. s. 155—188
  8. Nasledstvennye bolezni v populatsiah cheloveka // Pod red. E. K. Gintera / M.: Meditsina. — 2002 — 303 s.
  9. Сavalli-Sforza L. L., Bodmer W. F. The Genetics of Human populations // San Francisco: Ed. W. H. Freeman and Company. — 1971. — 965 p.
  10. Сrow J. F. Some possibilities for measuring selection intensities in man // Human Biology. — 1958. — v. 30. — P. 1—13
  11. Morton N. E. Isolation by distance in human populations // Ann. Hum. Genet. — 1977. — 40. — Р. 361—365
  12. http://tatar-history.narod.ru/ural_tatar.htm (27 февраля 2013 г.)
  13. http://ru.wikipedia.org/wiki/%D2%E5%EF%F2%FF%F0%E8 (27 февраля 2013 г.)
  14. http://www.valerytishkov.ru/cntnt/publikacii3/kollektivn/na_puti_k_/respublika8.html (26. 01. 2010)

Библиографическая ссылка

Ельчинова Г. И., Васильева Т. А., Зинченко Р. А., Татары-тептяри: популяционно-генетическая характеристика // «Живые и биокосные системы». — 2014. — № 7; URL: http://www.jbks.ru/archive/issue-7/article-13.